Загадка русского Сфинкса
Выбрать страницу

Портрет. 

В «Военной галерее» Зимнего дворца в Петербурге хранится портрет генерала Алексея Ермолова кисти Дж. Доу, написанный им в 1825 году. Можно сказать, что это почти что единственный портрет зрелого, но ещё не сильно подёрнутого сединой Ермолова (хотя к тому времени ему уже стукнуло 48 лет).

Картина странным образом выделяется из общей массы изображений героев кампании 1812 года (это легко проверить). Вроде бы такая же парадная осанка, как и у всех, всклокоченные ветром волосы, горные массивы на заднем плане, тревожная свинцовая туча, сгущающаяся над головой.

Но бросается в глаза и причудливая нелепость изображения. Такое впечатление, будто Ермолов изо всех сил старается предъявить зрителю сухой парадный облик, но явно перебарщивает. Да и поза достаточно странная – он повернулся к художнику и зрителю чуть ли не спиной.

В научной литературе с подачи всё того же Грибоедова, адъютанта Ермолова «по дипломатической части», за генералом закрепилось прозвище «сфинкса новейшей эпохи». Здесь, на картине, полководец старается соответствовать этому прозвищу: профиль нарочито подчёркнут, чтоб с него удобно было бы отчеканить монету и выпускать в Риме времён Юлия Цезаря – всё равно бы перепутали. Но что-то во взгляде не вписывается в парадность момента. Что-тревожное проскальзывает во взгляде.

Надо обладать поистине талантом настоящего художника, чтобы ухватить миг и увековечить его. Миг колебания на распутье.

Но было ли оно, это распутье? Может, показалось? Может, пресловутая игра света и тени? А может, ухватиться за этот проблеск и довериться интуиции?

Молодость, отвага, тюрьма.

Выходец из семьи небогатых орловских дворян (150 крестьянских душ на семью – не ахти как густо по тогдашним меркам), Ермолов уже в юности, в 1794 году, привлёк к себе внимание «богов войны» - участвуя в подавлении восстания Тадеуша Косцюшко (Тадеуш Косцюшко - герой американской Войны за Независимость, национального героя польского народа) в Польше в звании гвардейского капитана, он удостаивается награждения орденом Св. Георгия 4-го класса от Александра Суворова. Ермолову тогда ещё было неполных 20 лет.

Всё это, учитывая страстное увлечение Ермолова жизнеописаниями Юлия Цезаря и Александра Македонского, не оставляло сомнений в выборе дальнейшей судьбы. Да и кем ещё мог вдохновляться будущий покоритель Кульмы, Парижа, Дербента, как не людьми, перекроившими всю мировую карту и соединившими вместе Азию и Европу?

В 1795 году Ермолов направляется в расположение Каспийского корпуса графа В.П. Зубова (брата того самого Зубова, который, по легенде, убил Павла ударом табакерки в висок), сформированный для борьбы с персами, вторгнувшимися в Закавказье. Тогда произошло первое знакомство Ермолова с непокорными горами.

Загадка русского Сфинкса

Дербент вчера...

Загадка русского Сфинкса

... и сегодня

Он сделал бы безупречную карьеру, если бы не дерзкий язык. Поговаривают, что его мать, Мария Денисовна Давыдова, была довольно резка и беспощадна в оценках окружающих. Если это так, то сын в немалой степени унаследовал эту глубокое неприятие авторитетов. По метким словам самого Ермолова, ему «не достаёт войны». Алексей Петрович – смертельный враг скуки, он прославляет безудержное действие во всех его проявлениях, без действия для него нет жизни. На протяжении всей своей жизни он постоянно играл с огнём, пренебрегая субординацией и иерархией, проверяя на прочность терпение начальства.

В «неблагонадёжности» Ермолова усомнился ещё Павел I, подозревавший его в заговоре против трона (позже той же милости удостоит генерала сын Павла Николай I, отправивший его в отставку с Кавказа якобы за связи с декабристами). Ермолов был редким примером того, кто с радостью отдаст свою карьеру и жизнь в жертву своей гордости. А если эта гордость ещё и подкована острословием, то быть беде. В 1798 году его угораздило попасть за решётку из-за подозрений в заговоре против императора.

Стоит пояснить, что в павловские времена не составляло труда угодить в тюрьму или на каторгу, а ещё легче – вернуться оттуда. Но никто из царедворцев, военных, чиновников не знал, когда и почему его может настигнуть кара императора. Горячая мнительность Павла ни для кого не была секретом. Однако Ермолов и его «подельники» сумели отличиться по-настоящему.

В то время в среде офицерской образованной молодёжи царила атмосфера споров, мечтаний и нездоровой эйфории, подогреваемая нездоровым юношеским максимализмом и винными парами. А как же иначе – во Франции революция! Событие для «цивилизованного» мира невиданное, чей масштаб Европе и России ещё только предстоит осознать много позже. Шутка ли – народ поднялся со шпагой и штыком на сами устои самодержавного строя! Рождается новая символика, новый язык и новые нравы, обильно приправленные… кровью.

Загадка русского Сфинкса

Консервативные правящие круги, естественно, в ужасе. Ну а молодёжь, как водится, присматривается ко всему новому и необычному. Идеалы не может заслонить реальность. Интерес к французским событиям проявляло и российское дворянство. Заронив семена сомнения в пытливых умах, революционное сознание даст всходы уже в XIX веке, когда образование в России перестаёт быть привилегией избранных. В 1790-х думать, сравнивать и делать выводы могло в основном лишь дворянское сословие.

Загадка русского СфинксаЕрмолову тогда случилось вращаться в компании (кружком это можно было назвать с большой натяжкой) офицеров, где верховодил его сводный брат А.М. Каховский (по матери). Конечно, на посиделках не обходилось и без вина, и без горячих разговоров о Франции и о революции. Естественно, начинались сравнения, и разговор молниеносно сводился к обсуждению всех, кто имел хоть какую-то власть – от военных чинов до батюшки-императора. А в молодости оценки выносятся часто не в пользу начальства, особенно на нетрезвую голову. И у Ермолова нашлась пара «горячих» слов в адрес военного руководства, которые он и изложил в одном из писем сводному брату. Переписка всплыла наружу…

Посадили Ермолова сначала в Шлиссельбургскую крепость. Историки поговаривают, что дело было так: Павел I посмотрел его записки и чертежи кампании 1894 года, и видимо, решил отпустить толкового 21-летнего офицера. Алексею Петровичу забыть бы всё, так нет! всё же решил потом голословно поинтересоваться, за что его всё-таки посадили, и за что в итоге отпустили. Об этом императору донесли, император Павел юмора не понял, и Ермолова отправили на поселение в Кострому…

Однако Алексей Петрович не унывал в ссылке, благо наказание оказалось не таким суровым: латынью с местным протоиереем заниматься не запрещали, так же, как и переводить труды Юлия Цезаря. К тому же компания подобралась достойная – в частности, будущий донской атаман Матвей Платов, также сосланный Павлом I – будущий друг и боевой товарищ Ермолова. Тот самый, чьи казаки ещё наведут шороху в Европе во время Заграничного похода и разорвут в клочья сознание парижан, повергнув их в настоящий культурный шок. Как тут не упомянуть хоты бы про знаменитое «бистро», «запатентованное» народной молвой.

Загадка русского Сфинкса

Приключения казаков в Париже

В общем, Алексей Петрович в Костроме не скучал.

Наполеон, войны, слава.

На момент воцарения Александра I Ермолов уже обрёл свободу. И как раз кстати: на носу были первые серьёзные битвы с Наполеоновской Францией в Европе (Наполеоновские войны 1805, 1806-1807, 1808-1809 гг.), Европу окутывал смрад большой войны. Новоизбранный командир роты конной артиллерии пригодился командующему армией Кутузову, который начал использовать толкового артиллериста в роли «пожарного», прикрывающего атаки и частые отступления русской армии. Однако Ермолову постоянно было мало залпов по противнику, он рвался в бой, желая действиями лишь одной части остановить армии противника. Его явно привлекал образ спасателя русских войск, для которого приказы начальства имеют скорее рекомендательный характер.

Под Амштеттеном в 1805 и в местечке Прейсиш-Эйлау в 1807 (всё – территория германских княжеств) он открыл огонь по французам по собственной инициативе, утопив в панике и картечи наступление французов. Но на вопрос графа Аракчеева о причине усталости лошадей ответил: «Жаль, Ваше сиятельство, что в артиллерии репутация офицеров зависит от скотов». Ответ Аракчееву не понравился, и за Амштеттен Ермолов не получил ничего. Позже Аракчеев всё-таки оценил по достоинству таланты Ермолова и способствовал его продвижению.

Загадка русского Сфинкса

Контратака Ермолова на батарею Раевского, Бородинское сражение

Под Аустерилицем отвага Ермолова, больше смахивающая на отчаянное безрассудство, едва не стоила ему плена, но его отбили елисаветградские гусары.

В Россию, накануне Отечественной войны, Алексей Ермолов вернулся по-настоящему заматеревшим артиллеристом. Его качества пригодились в защите России. Ему 35 лет, и он - генерал-майор.

Обороняя Смоленск, и, в конце концов, оставив его, Ермолов впервые описывает изнанку войны – разорение, смерть и холод мертвенного безлюдья, о которых не принято писать стихи и оды. Это тем более ощутимо на родной земле, когда оставляешь мрак за спиной, при отступлении: «(…) Итак, мы оставили Смоленск, привлекли на него все роды бедствий, превратили в жилище ужаса и смерти. Казалось, упрекая нам, снедающим его пожаром, он, к стыду нашему, расточал им мрак, скрывающий наше отступление (…)В первый раз жизни коснулся ушей моих стон соотчичей, в первый раз раскрылись глаза на ужас бедственного их положения. Великодушие почитаю я даром Божества, но едва ли бы дал я ему место прежде отмщения!». Спустя всего век человечество познает все ужасы тотальной войны, и лишь некоторые её красноватые отблески замаячили тогда в России.

Загадка русского Сфинкса

Горящий Смоленск

Император доверяет Ермолову руководство штабом 1-й Западной армии – и это не было случайным назначением. Командующий армией Барклай-де-Толли, хладнокровный потомок британских переселенцев, не переносил командующего 2-й армией грузинского князя Багратиона. Постоянные споры о выборе дальнейшего плана действий ставили под угрозу всю кампанию. На Ермолова, который имел дружеские отношения с Багратионом, была возложена нелёгкая миссия – смягчать донесения и переписку обоих командующих, поддерживая между ними хотя бы минимальную согласованность действий.

В разгар Бородинской бойни он взял батальон пехоты и лично повёл их в контратаку на захваченные французами укрепления генерала Раевского, без всяких одобрений главнокомандующего, и реанимировал тем самым критическое положение на этом участке. Лишь контузия картечью после трёх часов обороны батареи остановила его. Он не получил никаких наград за Бородинское сражение. Барклай де Толли представлял его к награде перед главнокомандующим, но Кутузов не удостоил Ермолова ответом.

Загадка русского Сфинкса

Наглядная разница двух взглядов на войну. Совет в Филях. Ермолов - крайний справа.

Именно Ермолов «предупредил» Наполеона в битве под Малоярославцем, когда тот отступал из сожжённой Москвы по Боровской дороге, и заставил его свернуть на разорённую войной Старую Смоленскую дорогу, которая привела французов к окончательному краху – голод добил противника.

Кавказ, упрямство, жестокость. 

После Отечественной войны 1812 года и Заграничной одиссеи в самое сердце Франции генерал-лейтенант Ермолов был назначен командующим Отдельного Грузинского корпуса, отвечающего за безопасность на Кавказе. Вряд ли это было повышением – скорее наоборот, после триумфа на полях Европы подобное назначение могло восприниматься чуть ли не как ссылка. Но только не для Ермолова. Он признавал лишь реальную службу, но никак не почётное прозябание в штабе и тылу.

Загадка русского Сфинкса

Особенности горского менталитета он «наматывал на ус» и действовал по отношению к кавказцам сообразно их нравам. Он ворвался на Кавказ, подобно вихрю, взламывая привычный ход вещей и сонную коррумпированную политику.

Показательны оценки предыдущих представителей русской администрации.

Вот рапорты его предшественника Ртищева Ермолову о положении дел: «(…) При помощи Божьей и при пламеннейшем усердии моем оставляю край оный в самом цветущем состоянии, наслаждающимся внутри совершеннейшим спокойствием и изобилием во все»(...)».

А вот мнение самого Ермолова о ситуации на Кавказе: «(…)По справедливости надлежало бы спросить предшественников моих, почему они со всей их патриаршей кротостью не умели внушить горцам благочестия и миролюбия и почему повсюду усматриваю я нерадивое службы отправление, разрушенный небрежением порядок, ослабевшую воинственность. Оружие съедает ржавчина, лошадей недостает. Судя по стрельбе казаков в цель, можно заключить, что многие из них пороха смаком не различают. Чиновники же сих войск вдались в ябеды и распутство. Некоторые из них даже участвуют в воровстве заодно с заграничными хищниками(…)».

Как говорится, почувствуйте разницу.

Загадка русского СфинксаЗагадка русского Сфинкса

Но Ермолов, выражаясь просто, особенных церемоний не разводил, так как догадывался, с кем имеет дело. Расправы над непокорными аулами порой отличались непримиримой жестокостью.

Особенно показателен знаменитый случай с майором Шевцовым. В отсутствие Ермолова, отправившегося с дипломатической миссией в Персию в 1817 году, чеченцы захватили в плен начальника штаба корпуса полковника Шевцова и затребовали выкуп – 18 телег серебра. Обычно деньги платили предшественники Ермолова. Но не Ермолов. Взяв в аманаты (заложники) уважаемых старейшин чеченских селений, он выдвинул ультиматум – если хоть один волос упадёт с головы пленника, и старейшины будут болтаться на виселицах.

В общем, брутальность со всех сторон.

Ермолов не стеснялся стравливать между собой племена и кланы в интересах спокойствия на Кавказе. Уже умудрённый знакомством с местными порядками, он не гнушался использовать отряды горцев для разграбления враждебных русским поселениям аулов, чтобы хоть как-то удовлетворить их страсть к наживе. Полное подчинение России и соблюдение её законов – вот единственное условие, которое он требовал исполнять.

Тихая брачная жизнь у Ермолова не состоялась, зато состоялись дети от нескольких горских женщин – четверо сыновей и дочь. С одной из горянок Ермолов заключил так называемый «кебинный брак» (брак в исламе, заключаемый на определённый срок). Судьба детей сложилась по-разному. Кто-то из них пошёл по военным стопам отца стал верным подданным империи, кто-то (как дочь, например) остался в мусульманстве и перемешал кровь заклятых врагов.

Можно было бы предположить, что здесь проявилось одно из самых загадочных национальных свойств – взаимное обогащение с любой средой, в которую они бы не попадали русские. И колонизация Америки, и освоение Дальнего Востока продемонстрировали это в полной мере.

Однако в случае Ермолова это не совсем так. Он парадоксальным образом сочетал в себе подчинение некоторым местным привычкам и духу среды с абсолютным неприятием горского менталитета как такового (хотя и вынужден был уподобиться ему). Он, по его собственным впечатлениям, рассматривал жестокость лишь как инструмент политики, и ничего более. Ему важно было, чтобы его боялись ,если это могло водворить порядок.

Тем не менее, Кавказ не склонился перед Ермоловым. Война на Кавказе продлится почти полвека после его отставки.

Восстание, подозрение, опала. 

Николай I начал своё царствование с восстания декабристов против династии. И это во многом предопределило всё его правление. Среди восставших – почти сплошь герои Отечественной войны и Заграничного похода, истинные патриоты своей страны, которых сложно было обвинить в измене и работе на «мировую закулису». Россия на тот момент переживала настоящий «золотой век». Люди, чьё благосостояние и судьба были неразрывно связаны с самодержавием, которые были обязаны ему практически всем и верно служили ему на поле боя, вдруг увидели страну без самодержавия.

В общем, событие для России беспрецедентное. И никакого вам «дворцового переворота», только конституция, только республика, только свержение императора! (или ограниченная монархия). И Николай I почувствовал это. Он почувствовал, что из недр национального сознания вдруг поднялось нечто опасное, то, что лучше никогда даже не обсуждать. И он был суров. И ещё много лет после подозревал многих (не только Ермолова) в том, что они, забывшись, с невольным восхищением загляделись на это зрелище. Ему было достаточно лишь подозрения…

Загадка русского Сфинкса

В тот момент, когда Ермолов рассматривает гору, в кабинетах и на квартирах Петербурга готовят мятеж декабристы, среди которых немало боевых товарищей и друзей Ермолова. Их расстреляют из пушек на Сенатской площади, и это событие начнёт обратный отсчёт времени для Российской империи: молодёжь не забудет лозунгов декабристов и отправится агитировать крестьян в деревню, а потом, разочарованная, начнёт кидать бомбы в чиновников. Идея террора индивидуального эволюционирует в убеждённость террора коллективного. А на дворе - уже начало XX века…

До сих пор историки не имеют никаких прямых доказательств участия Ермолова в мятеже. Но он, как и любой другой военный, не мог не знать о готовящемся перевороте. Тем более если учесть, что многих декабристов он знал лично и находился с ними в приятельских отношениях. Естественно, ввиду своего характера он намеренно не собирался скрывать эти связи перед императором. Представить себе генерала Ермолова, внезапно оглядывающегося на мнение двора, довольно трудно.

Вопрос в другом: как относился Ермолов к планам декабристов? Как человек неглупый и образованный, он не мог не анализировать окружающую действительность и делать из этого выводы. Но презирать существующие порядки в в глубине души – это одно, а выступать против них открыто – совсем другое. А декабристы явно имели планы на Ермолова – спустя 13 лет он, бесспорный герой Отечественной войны, авторитетный командир, бывший в опале у царей, показался им подходящим на роль члена будущего Временного революционного правительства. Некоторые декабристы в мемуарах указывают, Об отношении Ермолова к планам декабристов до сих пор идут споры.

Как бы то ни было, Ермолов не повернул войск на Москву и не миновал опалы Николая I.

Через два года после событий на Сенатской площади Ермолов ушёл в отставку. Служба в Госсовете и руководство Московским ополчением в Крымскую войну выглядят скорее затянутым эпилогом его жизни.

Загадка русского Сфинкса

Ермолов скончался в 1861 году в Москве. Он до конца остался верен «малой родине» своих родителей – орловской земле. Там его и похоронили.

Казалось бы, вот она, жизнь «великого человека». Путь сплошного подвига, блистательного служения России. Но что-то не так. Нет ощущения живого человека, мы не приблизились к разгадке портрета Доу. А если послушать современников и самого Ермолова о себе? Может, он гораздо сложнее, чем может показаться на первый взгляд?

Загадка русского Сфинкса